100 друзей
Главная Участники Каталог О проекте Помощь

Вестник 100 друзей

Наши истории   |    15 сентября 2010 г. в 11:53

Решетник сибирский ("Вестник 100 друзей", №7, 2010 г.)

Привяжите меня к стулу и заставьте слушать Андреса Сеговью круглые сутки, все равно я буду считать, что Иркутск – не место для производства гитар! Ну, не растут здесь нужные сорта деревьев. Летом слишком влажно, а зимой наоборот – сухо. Да и вообще музыкантов, нуждающихся в мастеровых инструментах, прямо скажем, негусто.  Разве что учащиеся музыкальных школ и колледжей… И все-таки мне радостно знать, что в Иркутске есть как минимум один человек, который со мной не согласен: гитарный мастер Александр Решетник.

- В Иркутске я один, – рассказывает сам Александр -  Есть преподаватели, которые подрабатывают мелким ремонтом, но они не делают гитар. А я делаю.

За свою двадцатилетнюю музыкально-трудовую деятельность мастер сделал более ста инструментов. А в конце мая этого года угодил в клуб «100 друзей», и представьте себе, нисколько об этом не жалеет:   

- Так по хозяйству приобретаю кое-что. Пока устраивает. Появилась возможность дополнительная, почему бы и не попользоваться. С мая у меня уже две гитары купили. Восстановленные...

 Мы не могли упустить возможность внимательней присмотреться к этому интересному человеку. Да еще абсолютно довольному работой клуба. И стали напрашиваться к нему на экскурсию:

- В той мастерской у нас такие были экскурсии! – начал было возмущаться Александр– Работали мы в центре города, поэтому приходили мешать все кому не лень. Так целый день стоишь, языком треплешь! Работать надо, а не экскурсии проводить!

Единственным аргументом, сменившим гнев мастера на милость, оказалось нечто вроде: мы слышали, что вы делаете необычные гитары – джамбо – вашей собственной разработки, это наверно жутко интересный инструмент…

- Ыыы… Она, конечно, может совпасть с другими похожими гитарами, все равно размеры-то плавают плюс-минус два миллиметра... – сердце Александра Решетника начало оттаивать. Он стал вспоминать о том, как сделал свою первую гитару, уникальной авторской разработки, и назвал её в честь дочки «Катенька». В итоге мы все-таки побывали в его мастерской на улице Владимирского,  познакомились с совершеннолетней Катенькой и узнали отличия модели джамбо от всех прочих. Однако, дабы не перегружать уважаемых читателей специальной информацией, приведем ниже лишь небольшой отрывок беседы с Александром Решетником о нелегкой судьбе гитарного мастера в нашей музыкальной глуши.

- Мне говорили, - начал Александр - что в Иркутске лучше этим не заниматься. Что нужно переезжать, что город маленький, жизни как таковой гитарной нет и т.д. и т.п.

- И почему вы не уехали?

- Ну, так это обычное дело. Говорят, нет пророка в своем отечестве. В своем городе мастера тоже нет. Поэтому иркутяне нередко заказывают гитары в других городах. В свою очередь ко мне обращаются из Красноярска, Новосибирска, Москвы, Питера – откуда угодно. Поэтому переезжать куда-то, честно говоря, не вижу особого смысла.

- На жизнь-то хватает?

- Приходится подрабатывать фотографом. Одно время был студийным оператором на «АС Байкал ТВ»… Работа-то у меня получается сезонная. Инструменты нужны в основном учащимся, а летом они все отдыхают. Никому ничего не надо.  Работающих музыкантов, которые как-то шевелятся, что-то заказывают – немного.  Так что с мая до октября наступает затишье.

- А по началу-то вам казалось, что на гитарах можно делать неплохие деньги?

- Был грех в начале 90-х. Мы с товарищами открыли мини-заводик на ул. Софьи Первоской. Делали гитары всех мастей и размеров. Но главной фишкой было то, что мы делали двенадцатиструнки. Эти гитары в то время  были востребованы, и их не было вообще. Ленинградский завод там что-то делал, но до нас они не доходили. Были попытки поставить их производство на поток, которые с треском провалились.

-  Из-за чего?

- Да отношения у нас не заладились. Массовое производство - это конвейер. А каждый мастер, хотел быть сам по себе. И не хотел, чтобы кто-то ему указывал, что и когда ему надо делать. В итоге конвейера не получилось. Потом ребята начали красить машины, прямо во дворе мастерской, и мне пришлось уйти. Так я оказался здесь, в Ново-Ленино.

- Вы делаете только акустические гитары?

- Просто я всегда хотел их делать. Да, и  фурнитуру проще достать…

- То есть колки, лады?

- Да. Для электрогитар сложнее. Там уже нужны так называемые машинки, звукосниматели. И потом приличную электрогитару проще купить, чем хорошую акустику.  Хорошие классические акустические гитары в обычных магазинах не продаются! Их делают мастера.

- А что должен знать человек заказывающий инструмент у мастера?

- Главное четко понимать, что ты хочешь получить, какую музыку ты будешь на ней играть, в каких условиях: или тебе нужен походный вариант, или инструмент для концертов. Бывает, что у человека есть деньги, и он хочет просто позволить себе мастеровую гитару. Просто. Я, скорей всего, возьмусь за эту работу. Но я элементарно не буду знать, что именно от меня требуется. Или бывает, приходят и говорят, мне нужно гитару, как у Андреса Сеговьи, но условно за 300 рублей. Надо понимать, что мастеровой инструмент не может стоить дешево. Цены варьируются от 45 тыс. рублей до десятков тысяч долларов.

-  Тяжело… Может, все бросить и заняться только фотографией?

- Я периодически бросаю. Но обычно это длится недолго. Слишком много сил и времени положено на то, чтобы освоить технологию, сделать инструменты – в общем стать настоящим мастером.

- Ну, тогда интересных вам заказов и  понимающих клиентов!

- Спасибо!

Я уже покидал улицу Владимирского под начинающим накрапывать дождем, и мне вдруг подумалось: «Идут все-таки в проект интересные люди. Значит, что-то их манит сюда… И пусть они сами ещё не до конца осознают что именно, как те незадачливые гитаристы, не знающие зачем им нужен мастеровой инструмент, но они обязательно найдут здесь что-то своё, уникальное. Свою «гитару». Быть может, Александр найдет здесь единомышленников, последователей. Кто знает… Ведь все мы немножко Решетники – люди, которым малы рамки, изначально заданные рождением и окружающей действительностью. Редкий, даже краснокнижный подвид человека разумного».

 

Артём Световостоков

 

 

 




 

Все новости